The Russian Roulette State

Happiness is Real

Betting their lives on zero

Created by Evgeni Kropot using DALL-E 3

The suicide club — this is exactly what the current Russian army is, quite apart from also being an advanced business enterprise where it is both possible and fashionable to make a quick buck. However, the suicide club within it is the most important part; it is its very essence. It is for this essence that people go there. They go to die, to put a period at the end of a meaningless life, because they are simply exhausted by the search for meaning.

Truth be told, they are worn out by the sheer fatigue of dragging their bodies through life. And it is better this way than dying of a common cold. Better to become a portrait with a caption on a wall of honor, so that a wife gets an apartment, a child gets into college, and the memory of their former empty life is erased — so that, by redeeming their lives through death, they might clear a space for their family’s happiness. Since nothing worked out for them with it, let it work out without it. But no, it’s not all that simple — after all, this is a club, a casino, which means it’s a game.

Our country, which once aimed at the happiness of all humanity, began with the conviction that “man is made for happiness, as a bird for flight.” That is, he is destined for happiness — perhaps later, in the future, but destined nonetheless. In reality, however, it manufactured millions of unhappy souls, lost in search of the meaning of their existence on earth, tangled in a bleak despondency from which the only way out seemed like that of a hedgehog or a worm, but with a full, conscious awareness of it.

How so? Surely, life wasn’t given for suffering. No, on television, the country still continued to hope and even believe in the “bird of tomorrow’s happiness” that would surely call, because it couldn’t fail to call — it had no right not to. It continued, but somehow by inertia, out of habit. Until suddenly the bosses said that it was one’s own fault, that you didn’t forge your own happiness — everyone is to blame individually.

Each on their own, and these “each ones” fill vast, miserable spaces. Our country is large, there is plenty of room for everything, and look at how much space there is for unhappy people — you can’t walk across it, you can’t drive around it. And there is no way for people to escape from there — sheer bleakness.

Right then, the perpetual and eternally new boss thought it over and decided: there is only one way out for everyone — to go to war. War, of course, is a space of calamity and death, but it is also a Russian roulette where there is bound to be an empty chamber in the cylinder of the revolver, where there is surely no bullet. How many such empty spots there are in the cylinder is unknown, but they are definitely there, and one must believe in it. In any case, war puts an end to this loathsome sequence of dragging days and provides meaning either on the other side of life, as a heroically fallen soldier, or for a reboot in this life — for one more attempt to become the blacksmith of one’s own happiness.

And so, from the miserable spaces, files of beaten, life-exhausted Russians streamed toward the war in hopes of finding a way out of the bleakness. One might say they have the right if they want to, if only they kept it among themselves and thrashed each other. But they came to a foreign country and began killing people who had absolutely no intention of dying and who would still be living today if not for this invasion of Russians fleeing from boredom and meaninglessness into war

Well, yes, for Russians it is a game, a game of “smashing Ukrainian Nazis.” Because tomorrow they can start smashing other “Nazis.” New columns of those ready to stake their lives in banzai charges are easily assembled across our miserable Russian spaces. A war-game, so speaking of its purpose is pointless: it exists as long as it is replenished by new players, or until the casino goes bust and goes bankrupt.

Yes, indeed, in Russia they turned war into a casino — a huge one, the largest casino in the world, the very epitome of a postmodern world busy inventing new games to escape the boredom of sifting through decayed meanings. Russia has decisively stepped further than anyone else and insists that no one interfere, get confused, or meddle in the game — otherwise, a Big Boom, and that’s it. Everything for everyone. That’s how it is, Russia — reckless, mindless.

What is in it, in this casino, for other Russians who do not directly participate in these mad games? Those who watch from the sidelines, even twisting a finger at their temple — they might have already succeeded in their quest for happiness, or hope to tomorrow, but they have no intention of putting their own lives on zero. Nothing so far; we are waiting for the scheme to burst, for the circus to leave town. Because the casino’s only revenues are ruined Ukrainian cities and killed and maimed Ukrainians and Russians.

Nothing for now, but later, shame in the next generations — the generations of our children and grandchildren, who will certainly demand answers from us for simply watching all this horror, watching and failing to stop it. And the excuse that we wanted to, we really wanted to, but couldn’t, won’t fly. They will paint us all in the color of shame if they are alive. Yes, if they are alive.

Счастье есть (Оригинал на русском)

Клуб самоубийц — это и есть нынешняя российская армия помимо того, что она также продвинутое бизнес-предприятие, где можно и модно быстро в деньгах подняться. Однако клуб самоубийц в ней — самое главное, ее суть. За этой сутью люди туда идут, идут умирать, идут поставить точку в бессмысленной жизни, ибо искать смысл в ней, будучи живыми, устали.

Да что там — изнемогли от усталости влачить свое тело по жизни. И лучше уж так, чем от простуд. Лучше стать портретом с подписью на стене почетной, чтоб жене — квартиру, дитю — институт, и в памяти ихней жизнь пустую бывшую стереть, чтобы, смертию своею жизнь поправ, освободить им место для счастья. Раз с ним ничего у них не получилось, пусть без него получится. Но нет, не все так однозначно — это все-таки клуб, казино, а значит, игра.

Страна наша, когда-то замахнувшаяся на счастье всего человечества, начинала в убежденности, что «человек для счастья, как птица для полета». То есть он к счастью предназначен, пусть потом, в будущем, но предназначен. В реальности же производила миллионы несчастных, заплутавших в поисках смысла своего пребывания на земле, запутавшихся в безнадеге, откуда выход только такой виделся, как у ежика или червячка, но с осознанием этого.

Как так? Ну, не для страдания же дана она, жизнь. Нет, в телевизоре страна еще продолжала надеяться и даже верить в «птицу счастья завтрашнего дня», которая непременно позовет, потому что не может не позвать, не имеет права. Продолжала, но как-то по инерции, по привычке. Пока вдруг начальники не сказали, что сам, мол, виноват, что не сковал своего счастья, каждый сам виноват.

Каждый сам, и этими «каждыми» огромные несчастные пространства наполнены. Страна-то у нас большая, места для всего хватает, и для несчастных людей вон его сколько — не обойти, не объехать. И не выбраться оттуда людям — безнадега.

Тут-то всегдашний и вечно новый начальник подумал и решил: мол, выход есть для всех один — на войну, которая, конечно, пространство беды и смерти, но еще и рулетка русская, где есть точно в барабане нагана пустое место, где пули нет наверняка. Сколько таких мест в барабане — неведомо, но точно есть, и в это надо верить. В любом случае, война прекращает эту опостылевшую череду тянущихся дней и дает смысл либо по ту сторону жизни, как геройски павшему, либо на перезагрузку еще в этой жизни, на еще одну попытку стать кузнецом своего счастья.

И потянулись с несчастных пространств вереницы побитых, измочаленных жизнью россиян на войну в надежде на выход из безнадеги. Скажут, имеют право, если хотят, когда бы они меж собой поделились и молотили друг друга, но они пришли в чужую страну и стали убивать там людей, которые вовсе умирать не собирались и жили бы до сих пор, если б не нашествие этих сбежавших в войну от тоски и бессмысла россиян.

Ну да, для россиян это игра, игра в «мочить украинских нацистов», потому завтра, коли замирятся вдруг с ними, то можно начать «мочить казахских, грузинских, турецких, польских и прочих нацистов». Легко пока на несчастных пространствах наших российских строятся новые колонны готовых ставить свою жизнь на кон в банзай-атаках. Война-игра, потому про цель ее бессмысленно: она есть, пока пополняется все новыми игроками или пока казино не лопнет, не разорится.

Да-да, в России из войны сделали казино, огромное, самое большое в мире казино, олицетворение постмодерного мира, который занят изобретением все новых игр, чтобы сбежать от скуки перебирания истлевших смыслов. Россия решительно шагнула дальше всех и твердит, чтоб не мешали ей, не путались, не лезли в игру, а то Большой Бумм и все. Всем все. Такая она, Россия, бесшабашная, безбашенная.

Что с него, с казино этого, другим россиянам, кто прямо в этих безумных играх не участвует, смотрит со стороны, даже пальцем у виска крутит, глядючи, кто в поисках своего счастья уже преуспел или надеется на это завтра и жизнь свою на зеро ставить не намерен? Ничего пока, ждем-с, когда затея лопнет, цирк уедет, потому в доходах казино лишь разрушенные украинские города да убитые и покалеченные украинцы и россияне.

Пока ничего, потом позор в следующих поколениях, поколениях детей наших и внуков, кто непременно спросит с нас за то, что мы просто смотрели на весь этот ужас, смотрели и не сумели остановить. И оправдание, что хотели мы, очень хотели, но не смогли, не прокатит. Закрасят они нас всех позорным цветом, если живы будут.

Да, если будут живы.

Support writers. All our non-profit’s offerings here.

Brand art by Gael MacLean